Дорога за горизонт. За золотым крылом - Эйрик Годвирдсон

– Мне сейчас кажется, что нет, – горько вздохнул Аклариец. – Тогда я был уверен, что да. Но…

– Что «но»? Всегда видно яснее, что надо было сделать, на расстоянии! Что толку корить себя сейчас за дела давних дней?

– А как иначе? – возразил Силас. – Нет, мне нужно сейчас вернуть этот долг… Что, если им там требуется помощь? Если наши политики не захотят послать дипломатов – то я полечу сам. Один. Надеюсь, что мой ученик не опередил меня.

– Ученик? Ты про Та-Амира, того юношу? Или про аргшетрона Йэстена?

– Про Амира, конечно же!

– О, ну Краймор так велик! Я уверена, что молодому дракону со всадником скорее интересно было бы посмотреть на, скажем, Дракополис, чем на какой-то неизвестный берег, – пробует успокоить его Каирэль.

– Если Дракополис – то это прекрасно. Там есть мудрые и сильные наставники для молодежи, – Силас прикрыл глаза, вспоминая более приятные моменты. – Я сам проходил свое обучение именно там. Странно тогда, конечно, что Эльмун ничего не захотел сказать, если мальчик у него. Хотя… Красный Патриарх никогда не отчитывался ни перед кем в своих делах.

– Перед нами он и не станет отчитываться, мы чужой народ. А если Амир там, не стоит печалиться, Силас. Это место… ну, там никогда ничего не происходит без ведома Патриарха.

– И все же… Ох, отчего мне так неспокойно? – Силас потер лоб и встряхнул головой.

– У тебя слишком чуткое сердце, мне кажется, – тихо произнесла Каирэль.

– Я стою как личность и разумное создание гораздо меньше собственного дракона, – твердо ответил Аклариец. – Никакой чуткостью этого не уравновесить. Я…

– Силас, не надо так о себе, ну это же форменное самоедство!

– Есть один только способ избежать и самоедства, и сожалений после – все-таки вернуть тот давний долг. Помочь тем, кому это требуется – до того, как меня примутся умолять сделать хоть что-то. В конце концов, архэтро и должен так поступать – давать поддержку и помощь тем, кто в беде, до того, как услышит вопль о помощи.

– Попробуй еще раз поговорить с Советом!

– Я уже устал с ними говорить, но ладно, попробую. А если нет – лечу туда сам.

– Как знаешь. Но только пообещай вернуться, хорошо?

– Что? – Силас озадаченно посмотрел на собеседницу, замечая, как скулы у той вспыхнули бледно-розовым румянцем.

Каирэль, смутившись, ненадолго отвела взгляд, потом медленно снова повернулась к всаднику:

– Я просто подумала, что тут мы тоже без тебя не справимся, весь Эллераль… Всадник Йэстен еще так молод, а ты, что бы не говорил о себе – многое повидал, многое знаешь. Ты мудрый маг и бывалый воин. И… мне не хочется, чтобы с вами с Саирой что-то случилось. Это, если честно, для меня самое важное.

– Только поэтому?

– Нет. Но это… давай сейчас не будем об этом, хорошо?

– Хорошо, – растерявшись, кивнул Силас. – Пойду, навещу Саиру, у нее тоже был какой-то разговор ко мне, кажется.

Так ничего и не став прояснять толком, Силас направился к себе, но не надо было быть многотысячелетним магом и мудрецом, чтобы сообразить, что же таилось за словами Каирэли – просто Силас боялся выяснять напрямую. А больше всего – боялся задать недвусмысленный вопрос, ибо не знал, сможет ли достойно принять ответ и сможет ли сам ответить ей так, как того ждет она.

Он бы того очень хотел – и спросить, и ответить, но… «Не время», – говорил он себе. Уже в который раз.

Глава 14. Когда люди Нордгарда выходят в поход

Нордгард готовился в поход. Буквально на следующий же день, как Амир прибыл, его утащил за собой Грамбольд – к уже собравшимся воинам, обсуждавшим само выступление в поход.

Мнение всадника было не последним, с которым горскунцы хотели бы ознакомиться.

– Ну что ж, наверное, нам будет проще собрать ладьи, пройти вдоль берега до устья Даархе, а там уже – по реке до поворота, – высказался Имбар-Амир, посидев над картой и послушав, кто и чего скажет. Грамбольд сдержанно кивнул – ему идея скорее понравилась.

– Сизое море далековато все равно, и потом, на кого мы оставим корабли? – Усомнился Имор.

Ярл оленьего рода давно прибыл со своими людьми к снерргам, и теперь они ждали, когда соберется остальное нордгардское войско.

– Ну как на кого? Там же предгорья Ардэйх, не все же деревенские пойдут в ополчение! Да и мы можем себе таким образом позволить прихватить кого-то из людей, кто останется при кораблях, и заодно порешать и какие-то невоенные вопросы с соседями, – встрял Вильманг. Мы же так и не добрались до них тогда, еще по лету, когда с торговыми делами плавали!

– Дело говоришь, – хмыкнул Грамбольд.

– Почему все так хотят именно плыть? – недовольно скривился одни из сыновей Имора. Не проще ли пешком, а? Мы так крюк, чаю, ого-го сделаем.

– Думается мне, не проще, – покачал головой старый конунг. – По воде мы без задержек пройдем, особенно сейчас, под северными ветрами. А по земле… Иморсон, скажи-ка мне, ходил ли ты с отрядом дальше на юго-восток, чем за перевалы у гор Конрэй?

Воин-гноррг неопределенно пожал широченными плечами – зачем бы, мол, мне и до гор соседей было ходить? В слух же он сказал:

– Я до Лисьего Берега ходил, мимо озер, через реку Даархе в верхнем течении переправлялся… Это тоже неблизко!

– И как тебе места да дорога? – вкрадчиво продолжил конунг.

– Тяжко идти. Или топко, или скачешь вверх-вниз, точно белка по сосне, – честно сообщил гноррг.

– Вот то-то и оно! Через горы напрямки мы, может, и пройдем, да как оно непросто будет, сам понимаешь! Ну а вдоль берега до столицы соседей – так это точно такой же круг. Чем тебе ладьи не по нраву тогда?

Иморсон примиряюще поднял обе ладони – молчу, мол, понял все.

– Я, конечно, пешком по тем землям не ходил, честно скажу, – продолжил Амир. – Но я с неба видел, и да, сразу подумал – это сколько-то мы времени потеряем! Хотя идея в пути объединиться с горными и идти потом уже одним большим отрядом тоже казалась мне доброй, – признался всадник.

– Так мы так, и этак под Брамстоном повстречаемся, скорее всего, – пожал плечами Хакон, только лишь следивший за всеми этими переговорами.

– Ну так что? – Грамбольд обвел пристальным взглядом собравшихся в Большом Зале воинов. – Иные какие соображения есть, или так и сделаем – благо ладьи у нас не так давно заново осмолены и чуть ли не в любой день готовы в путь?

Нестройный хор голосов подтвердил – да, стоит послушать слова молодого ярла, да и согласиться с предложением – ладьи существенно ускорят путь и сэкономят силы воинов.

– Одного понять не могу – отчего мы так спешим? Вроде же нету причины? – задумчиво выдал Имор, тихо, так, что его слышал только сам Грамбольд, да еще – Имбар-Амир.

– Чутье это, дружище. Просто чутье. Или, если тебе угодно, причуда старого и подозрительного волчары, – хмыкнул конунг. – Уж лучше на месте дожидаться развязки, чем подоспеть только к разгару сражения. Без нашей помощи, сам понимаешь, туговато соседям будет. Ох туговато! Больше того скажу – вряд ли выдюжат. А мне хотелось бы, чтобы именно им улыбнулись их боги битв, а не тем воинственным незнакомцам из благостных краев Силамарского побережья.

Имор вынужденно кивнул. Старый конунг был прав, как ни поверни.

Что ж, решили так решили. Осталось только провизию собрать.

Сами же горскунцы готовы были по первому только сигналу сняться и выйти – за время отсутствия Амира Фрамстааг успел обрасти временными палаточными жилищами, точно камень на морском дне – ракушками. А сколько еще народу не стало утруждать себя и просто напросилось в гости к друзьям и родне!

– Эх, даже тысячи воинов нет, – сетовал Вильманг. – Вот, помнится, до всех этих сотрясений земель и морей какое войско мог Север выдвинуть!

Они стояли на пороге вильмангова дома. От соленого побережья тянуло холодным ветром,